Как умирала моя мама — откровенный рассказ Федора Конюхова

Для каждого путешественника не менее важно, чем крепость снаряжения и прочность яхт и лодок, твердая вера в тех, кто ждет их из странствий по белу свету. Они делают самое главное — ждут нас. Так ждала Наоми Уэмуру его Комико, так ждет меня моя Иринушка, так ждала и молилась моя мама Мария Ефремовна. Она дождалась меня, пока я совершал свою экспедицию вокруг Антарктиды.
Мама умерла в селе Атманай на берегу Азовского моря, когда ей было 93 года и четыре месяца от роду. Они с папой прожили 73 года вместе, у них было пятеро детей, тринадцать внуков и тринадцать правнуков. Как легка была ее кончина — смерть ее была очень тихая, без страданий и видимых мучений, она будто погасла. Мы похоронили маму прямо на берегу моря.
Ее смерть стала для меня откровением в мои пятьдесят девять лет.
Когда я вернулся из очередной экспедиции из Гренландии, глаза мамы не открывались, и, как загнанная газель, она прерывисто, часто дышала. Но не смерть занимала ее, а хотелось ей одного — улыбнуться.
Она дождалась меня, и можно было отправляться туда, где ее уже ждала та, от которой никто не увернется, когда наступает время.
Я встал на колени перед мертвой мамой. Когда она была жива, никогда этого не делал. А жаль! Даже после того, как опустили гроб в землю, я не поднимался, и говорить не хотелось. Мамы больше не было с нами, она не сможет обласкать, но мы по-прежнему нуждались в ней и, опуская гроб на рыбацких просоленных веревках в землю, знали, что заботливо укрываем ее землей, а не хороним покойницу. Мы — ее дети, а нас пятеро, собрались на кладбище, но никто не плакал. Тяжесть наша была тяжестью краеугольного камня храма. Все только опустили глаза, чтобы не смотреть ей — смерти — в глаза.

9 марта 2008 года, Тихий океан.

[Запись из дневника протоиерея Федора Конюхова, сделанная во время его одиночного плавания вокруг Антарктики в 2008 году.]