О жалости
Лука. Поди-ка, вот... приласкай! Человека приласкать - никогда не вредно...
Наташа. Добрый ты, дедушка... Отчего ты - такой добрый?
Лука. Добрый, говоришь? Ну... и ладно, коли так... да!
За красной стеной тихо звучит гармоника и песня.
Надо, девушка, кому-нибудь и добрым быть... жалеть людей надо! Христос-от всех жалел и нам так велел... Я те скажу - вовремя человека пожалеть... хорошо бывает! Вот, примерно, служил я сторожем на даче... у инженера одного под Томском-городом... Ну, ладно! В лесу дача стояла, место - глухое... а зима была, и - один я, на даче-то... Славно-хорошо! Только раз - слышу - лезут!
Наташа. Воры?
Лука. Они. Лезут, значит, да!.. Взял я ружьишко, вышел... Гляжу - двое... открывают окно - и так занялись делом, что меня и не видят. Я им кричу: ах вы!.. пошли прочь!.. А они, значит, на меня с топором... Я их упреждаю - отстаньте, мол! А то сейчас - стрелю!.. Да ружьишко-то то на одного, то на другого и навожу. Они - на коленки пали: дескать, - пусти! Ну, а я уж того... осердился... за топор-то, знаешь! Говорю - я вас, лешие, прогонял, не шли... а теперь, говорю, ломай ветки один который-нибудь! Наломали они. Теперь, приказываю, один - ложись, а другой - пори его! Так они, по моему приказу, и выпороли дружка дружку. А как выпоролись они... и говорят мне - дедушка, говорят, дай хлебца Христа ради! Идем, говорят, не жрамши. Вот те и воры, милая (смеется)... вот те и с топором! Да... Хорошие мужики оба... Я говорю им: вы бы, лешие, прямо бы хлеба просили. А они - надоело, говорят... просишь-просишь, а никто не дает... обидно!.. Так они у меня всю зиму и жили. Один, - Степаном звать, - возьмет, бывало, ружьишко и закатится в лес. А другой - Яков был, все хворал, кашлял все... Втроем, значит, мы дачу-то и стерегли. Пришла весна - прощай, говорят, дедушка! И ушли... В Россию побрели...
Наташа. Они - беглые? Каторжане?
Лука. Действительно - так, - беглые... с поселенья ушли... Хорошие мужики!.. Не пожалей я их - они бы, может, убили меня... али еще что... А потом - суд, да тюрьма, да Сибирь... что толку? Тюрьма - добру не научит, и Сибирь не научит... а человек - научит... да! Человек - может добру научить... очень просто!
Максим Горький. Пьеса "На дне". Акт 3.
