Трагедия Маленького Принца

Трагедия Маленького Принца Густав Водичка Дети— это ровесники Бога, бескорыстно стреляющие изрогатки. Мывынуждены любить детство издалека имучиться безвозвратностью его ощущений. Стремительно иглупо проживая свою жизнь, мыудивляемся тому, как долго тянулись наши детские дни. Трудно понять, куда это все подевалось изачем. Тайна детского времени ушла отнас вместе смолочными зубами, инечем еераскусить. Встреча школьных друзей— поучительное, жуткое зрелище. Здесь невольно задаешься вопросом: зачто ипокакому праву любознательные, храбрые, умные мальчики превратились втрусливых, спившихся, плешивых дураков? Почему кокетливые, неутомимые фантазерки теперь смотрят куда-то втарелку… Аведь прошло всего пятнадцать лет! Только водном или двух еще можно заметить остатки озорной доблести ипризнак неувядающей жизни. Глядя наэто, понимаешь, что все мы— умершие дети ивоскреснуть уже нельзя. Валяясь впрокисшем салате, трудно вспомнить тот безумный запах весны, которым упивался вдетстве задолго допервой капели. Ничего неподелаешь: отупение взрослого человека продиктовано естественными физиологическими процессами. Завершение физического развития приводит крезкому снижению интенсивности ассоциативного мышления. Ассоциации взрослых людей надуманны, плоски изакостенелы. Сферу, имнедоступную, они называют сферой фантазий. Уребенка скорость психических процессов так высока, что заединицу времени онспособен вомного раз больше заметить, осознать испрогнозировать. Его внешнее непостоянство ипеременчивость свидетельствуют онашем замедленном восприятии. Пока мыпытаемся продумать очередную детскую реакцию, ребенок уже успевает еепрожить итеряет интерес кпрожитому. Онсчитает, что его всегда должны понимать сполуслова. Своих ровесников ребенок нераздражает: они существуют водинаковом ритме. Школа сеедлительными заседаниями вклассе— это насилие над природой ребенка. Даже всамом умном учителе онвидит неповоротливого, глупого слона, который мешает ему нормально жить. Наше сознание вдетстве было самодостаточным ипозволяло одухотворять любую абстрактную форму. Мыхорошо понимали условность всего реального иреальность всего условного. Внашем сердце проживал неугомонный, вечный творец, который создавал сущее согласно собственной воле. Мыникогда нестроили планов, унас была только ясная перспектива иуверенность веесвершении. Каждый ребенок вдуше космонавт. Мынеждали государственных комиссий идавно вернулись изполета. Вдетстве небывает неудачников. Мыуспели пережить славу величайших цезарей, истратили богатства сотен монте-кристо. Сила идлительность наших чувств многократно превосходили все возможности взрослой жизни. Время отзавтрака дообеда протекало подобно целой эпохе. Мыуспевали поднять паруса, сделать великие открытия, преодолеть бесчисленные лишения ивернуться домой. Сделавшись взрослыми, люди перестают создавать действительность внутри себя, начинают воспринимать только внешнюю реальность… Насмену больших красивых перспектив приходят мелкие простые планы. Вера вреальность всего задуманного сменяется надеждами намеханическое будущее. Мыперестаем жениться напринцессах иначинаем искать кухарок. Нас ограничивают надуманные циклы. Мыживем отпонедельника допятницы, отзарплаты дозарплаты, отбутылки добутылки, отпрезентации доюбилея. Тоесть мызаранее знаем, что должно произойти. Распланировав будущее, мыпрактически его прожили. Как живые мертвецы, мыавтоматически продвигаемся внаправлении давно завершенного иуже несуществующего. Ребенок ежесекундно иправдоподобно переживает новые великие роли, авзрослые пребывают вкачестве вечных статистов наплохой сцене вдурном спектакле. Когда психологи объясняют природу наших комплексов, выясняется, что абсолютное ихбольшинство сформировалось вдетстве. Можно сказать, что наша взрослая суетная деятельность— это медленное пережевывание крошечных осколков огромной детской судьбы, вкоторой все уже было. Нам нечем дополнить свое детство, разве что ностальгической истерикой, дарующей собственных детей. Продолжение рода— это жажда нового детства. Мыумиляемся этим новым существам ивосторгаемся ихкачеством. Нас повергает визумление детская мудрость, ясность мышления, одухотворенность ихоблика. Гении— это люди сзатянувшимся детством, которым нескучно играть. Они увлеченно создают новую реальность иувлекают засобой толпы старых ослепших манкуртов. Вэтот мир стоит приходить только ради детства. Остальное уже неважно, ведь там было все: колоссальные взлеты, неслыханная жестокость, святое великодушие исатанинская жадность. Плотность детского времени пропорциональна многим столетиям взрослой жизни. Бог необманывает нас. Его теория относительности абсолютно справедлива. Антуан Экзюпери создал образ Маленького Принца как некий обобщенный символ идеального детского бытия счистым божественным разумом. Посещая планеты взрослых маразмов, Маленький Принц поражает глубиной своего восприятия илаконичностью детских умозаключений. Онеще незнает, что все увиденное— это его будущее. Рано или поздно онвернется напланету алкоголика исоставит ему компанию. Потому что красиво чувствующий принц может быть только маленьким, ивэтом его трагедия. Источник: http://otrok-ua.ru/sections/art/show/tragedija_malenkogo_princa.html